Глаза Пресвятой Девы выпучились, она кудахтала и махала руками, зовя на помощь, пока мне не пришла в голову идея связать ей руки за спиной. Четыре дня и четыре ночи мы делали с ней всё, что только смогли придумать, - дайте простор Вашему воображению, моя дорогая Луиза! - и господин Лопар де Шок остался настолько доволен, что заплатил гораздо больше запрошенной с него цены. Увы, история от этого лучше не закончилась. Состояние, в которое мы привели Пресвятую Деву, заставляло нас предвидеть, что наука Анатомия от нее откажется. У нас на руках была здоровенная девка, изукрашенная всеми цветами радуги, покрытая синяками, которые начинали вонять, потому что прошлое лето было нестерпимо жарким. В Морге был новый сторож, к которому мы не знали как подступиться, чтобы за взятку он позволил нам оставить мешок. Естественно, мысль о том, чтобы бросить мешок в реку, приходила нам в голову. Но в конце концов мы просто оставили Пресвятую Деву совершенно голую в церкви св. Северина. Может быть, церковный сторож еще успел ею воспользоваться: это составляет часть маленьких радостей его службы. На другой день Монашка Марта пошла в Морг посмотреть, там ли наша Дева, но не увидела ее.

Посылаю вам, дорогая Луиза, шляпку Минервы от мадам Тейяр, а поскольку прорезиненные ленты портятся от дождя, я прикрепила к ней шнур с золотой пряжкой и бахромой, это очень удобно и элегантно. Без кокарды, конечно...

Маргарита

Париж, 16 мая 1790

Дорогая Луиза,

Позавчера я иду себе по набережной Балле и вдруг встречаю господина де Сада, очень изменившегося. Он вышел из тюрьмы только в апреле. Я направляюсь, - поведал он мне, - на улицу Ломбардцев, где один кондитер не закрыл еще лавочку и даже продает, правда, по неимоверной цене фигурки святых из марципана, по испанскому рецепту. Кондитер этот очень славный, ему нет двадцати лет, и он ни в чем не отказывает, если спустить с него штаны. Не хотите ли вместе со мной навестить его?.. Говорят, у него есть младшая сестра.